Данная рубрика посвящена всем наиболее важным и интересным отечественным и зарубежным новостям, касающимся любых аспектов (в т.ч. в культуре, науке и социуме) фантастики и фантастической литературы, а также ее авторов и читателей.
Здесь ежедневно вы сможете находить свежую и актуальную информацию о встречах, конвентах, номинациях, премиях и наградах, фэндоме; о новых книгах и проектах; о каких-либо подробностях жизни и творчества писателей, издателей, художников, критиков, переводчиков — которые так или иначе связаны с научной фантастикой, фэнтези, хоррором и магическим реализмом; о юбилейных датах, радостных и печальных событиях.
23 января 1966 года в Комитете по печати при Совете Министров СССР состоялось совещание, посвященное проблемам научной фантастики. На этом совещании критик Владимир ДМИТРЕВСКИЙ зачитал письмо-выступление Ивана ЕФРЕМОВА, который не мог присутствовать на совещании из-за болезни. Выступление это под названием "Сражение за будущее" было опубликовано в газете «Литературная Россия» за 4 февраля 1966 года.
По поводу выступления Владимира НЕМЦОВА Иван Антонович другими словами повторил, то что говорил в статье «Миллиарды граней будущего»:
— Только недосмотром со стороны руководящих органов Союза писателей и нашего литературоведения можно объяснить тот факт, что архаические, окаменелые воззрения продолжают до сих пор существовать и влиять на развитие научно-фантастической литературы...
Говоря о необходимости следить за высоким качеством
научной фантастики, не следует перегибать палку. Недавнее появление в "Известиях" статьи В. Немцова породило в некоторых кругах разговоры о неблагополучии в советской научной фантастике, об ошибочной идейной позиции произведений уже известных писателей. Все эти разговоры не имеют под собой серьезных оснований.
25 мая 1966 года в газете «Известия» появилась статья академика Юрия ФРАНЦЕВА (на тот момент — шеф-редактор журнала «Проблемы мира и социализма» в Праге) «Компас фантастики». Она стала продолжением позиции Владимира НЕМЦОВА. Академик негативно оценил «Трудно быть богом»:
— Повесть опровергает, а не подтверждает возможность вмешательства в ход истории, ускорения исторического процесса и изменения его характера. Это было бы верно, если бы речь шла о человеческом произволе, о насилии над историей, о волюнтаризме. Но ведь научная социология утверждает возможность человека, вернее, социальных классов, влиять на ход истории, если они действуют в том направлении, в каком объективно развивается данное общество. Научная социология утверждает, что именно так народные массы творят историю, что от их деятельности зависят темп и в значительной мере характер развития общества, определяемый объективными закономерностями исторического процесса. От деятельности народных масс зависит, чтобы возобладала прогрессивная тенденция развития. Именно такая социологическая концепция дает широкую возможность художнику поставить ряд больших вопросов и по-своему, в художественной форме, наметить их решение. Но в повести этого, к сожалению, не случилось. Научная социология выступает и против волюнтаризма и против исторического фатализма. Ее положения досказаны жизнью, например, тем, что целые народности на данном этапе перешли от родового строя, лука и стрел, шаманства к социалистическим формам общежития.
Точно также он отнесся и к «Хищным вещам века»:
— ЗА последнее время появились романы советских писателей, посвященные будущему, лишенному четких социальных очертаний, например, капиталистическому обществу, в котором совсем нет классовой борьбы, не видно его социальной основы. В повести братьев СТРУГАЦКИХ "Хищные вещи века" подчеркивается изощренно высокий материально-технический уровень жизни будущего общества, изобилие, в которое по горло погружены люди. В ней ставится ряд проблем — о судьбе сознания и характера человека, об изменений этических взглядов и психологических установок человека в этих новых условиях. Но что можно сказать об этих изменениях, если в повести отсутствует первооснова всех социальных изменений? Как может художник писать о жизни общества и ни одним штрихом не выдать ее социальной сущности?
На Западе появились сейчас мастера художественной фантастики которые довольно откровенно заявляют, что им нет никакого дела до данных науки (и естествознания, и научной социологии), что их творчество — вольная игра воображения. Но в таком случае надо ли придумывать этому творчеству новое название — "социальная фантастика"? Не вернее ли сохранить за ним старое и более откровенное название — сюрреализм. Наличие в подобных химерических повествованиях каких-то мимоходом оброненных слов о "гравитационном поле" или о "фотонах" едва ли меняет дело по существу. Такие произведения имеют весьма отдаленное отношение к социальному фантастическому роману о силе человеческой мысли и дела...
Интересно, что в качестве положительного примера Юрий ФРАНЦЕВ приводит «Туманность Андромеды» Ивана ЕФРЕМОВА — при том, что ни словом не упоминает отповедь Ивана Антоновича НЕМЦОВУ.
ЕФРЕМОВ, сам крупный ученый, в письме Владимиру ДМИТРЕВСКОМУ от 3 июля 1966 года так охарактеризовал статью ФРАНЦЕВА:
— Статью ФРАНЦЕВА я добыл насовсем – она написана дураком, а ФРАНЦЕВ ведь умный человек. Из этого заключаю, что он подписал то, что ему подсунули. Надо бы всыпать как следует и за прогрессивный феодализм, и за новую формулировку фашизма – он дополнил Ленина тем, что определил фашизм как заключительный этап империализма – да за это одно – публичная порка.
Напомню, 12 января 1966 года на шестой странице «Известий» вышла статья писателя и поэта, лауреата Сталинской премии (1952) Дмитрия ЕРЕМИНА «Перевертыши» о писателях Андрее СИНЯВСКОМ и Юрии ДАНИЭЛЕ, арестованных сотрудниками КГБ 13 сентября 1965 года, в которой, в частности, подробно разбираются их фантастические произведения.
18 января 1966 года в «Известиях» на той же шестой странице появилась статья Владимира НЕМЦОВА «Для кого пишут фантасты?», посвященная большей частью критическому разбору произведений Аркадия и Бориса СТРУГАЦКИХ. И в ней было немало перекличек со статьей «Перевертыши».
28 января 1966 года в «Комсомольской правде» писатель Иван ЕФРЕМОВ в статье «Миллиарды граней будущего» дал жесткую отповедь НЕМЦОВУ, прямо заявив, что тот оценивает
не литературное качество произведений СТРУГАЦКИХ, а обвиняет их в идеологических отклонениях от линии партии:
— Мне думается, что смысл безапелляционных выводов статьи В. НЕМЦОВА заключается в том, что ему вздумалось критиковать современную фантастику с позиции своих давно скомпрометировавших себя взглядов, основанных на вкусовщине и непонимании сложности современных процессов общественного развития.
1 февраля 1966 года в «Литературной газете» выступили с ответом Владимиру НЕМЦОВУ «Фантасты пишут для всех!» Евгений БРАНДИС и Владимир ДМИТРЕВСКИЙ:
— Бездумное пользование материальными благами становится самоцелью, растлевает и духовно, и физически жителей "Страны Дураков", изображенной в повести "Хищные вещи века". Этому душному, самоуспокоенному миру противостоят два-три человека, посланных сюда извне, чтобы изучить на месте обстановку и выработать затем решения для согласованных действий. Быт и нравы "Страны Дураков" настолько отвратительны, что при всем желании нельзя увидеть в этом мире хищных вещей и легко доступных наслаждений прообраз желаемого будущего.
Между тем писатель Вл. НЕМЦОВ в своей недавно опубликованной статье ("Известия", 18 января 1966 г.) истолковывает эту повесть именно таким странным образом. Он вообще подходит к последним произведениям Стругацких упрощенно, вульгарно-социологически.
Понятно, что в центре всей этой дискуссии о фантастике стояли произведения братьев СТРУГАЦКИХ и прежде всего их идеологическая направленность.
10 февраля в публикации «Не только занимательное чтение» тему продолжил заслуженный деятель науки РСФСР, доктор экономических наук, профессор Михаил ФЕДОРОВИЧ. Речь уже шла непосредственно о «Хищных вещах века»:
— Но какой же все-таки существует социальный строй в "Стране Дураков"? На этот вопрос авторы повести дают только словесный ответ — неокапитализм... А что такое вообще неокапитализм? Он очень смахивает на "народный капитализм", который рекламируют ученые апологеты капитализма. Выходит, что Стругацкие невольно поверили в возможность создания "народного капитализма", который якобы обеспечит народу полную занятость, короткий рабочий день и изобилие.
... всемерно желая фантастическому жанру дальнейшего развития, приветствуя появление новых книг писателей-фантастов, нельзя не помнить при этом о требованиях социальной четкости авторских позиций. Нужно всегда помнить, что каждая советская книга, в том числе и фантастическая, это не только занимательное чтение, но в первую очередь средство воспитания человека.
Самое интересное, что автор упомянул выступление Евгения БРАНДИСА и Владимира ДМИТРЕВСКОГО, а также Владимира НЕМЦОВА в «Известиях», с которым даже не согласился по поводу какой-либо привлекательности «хищных вещей века», но не словом не обмолвился о статье фантаста №1 Советского Союза, автора главной и официально признанной утопии о коммунистическом будущем Ивана ЕФРЕМОВА (хотя пассаж о несогласии с привлекательностью «хищных вещей века» явно сделан с оглядкой на замечание по этому поводу ЕФРЕМОВА). При том, что БРАНДИС и ДМИТРЕВСКИЙ прямо ссылаются на публикацию ЕФРЕМОВА.
Публикации Владимира НЕМЦОВА и Михаила ФЕДОРОВИЧА появились не просто так. В феврале была подготовлена, а 5 марта 1966 года подписана «Записка отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС о недостатках в издании научно-фантастической литературы»:
— В последние годы в результате снижения требовательности со стороны издательств и редакций журналов к авторам, к идейно-художественному уровню произведений научно-фантастическая литература претерпела определенную эволюцию. Книги этого жанра начали все дальше отходить от реальных проблем науки, техники, общественной мысли, их идеологическая направленность стала все более притупляться и, наконец, стали появляться произведения, в которых показывается бесперспективность дальнейшего развития человечества, крушение идеалов, падение нравов, распад личности. Жанр научной фантастики для отдельных литераторов стал, пожалуй, наиболее удобной ширмой для легального протаскивания в нашу среду чуждых, а иногда и прямо враждебных идей и нравов.
Вот итог анализа в этой записке повести «Попытка к бегству»:
— Что же нашел в будущем этот советский человек? Он пришел к убеждению, что коммунизм не в состоянии бороться с космическим фашизмом, и "возвращается" снова в XX век, где и погибает от руки гитлеровцев.
А вот – повести «Трудно быть богом»:
— На этот раз действие повести происходит на планете, где существует средневековье. Оно по воле авторов уживается с элементами фашизма. При этом фашизм у Стругацких внеклассовый, он противопоставляется земному историческому фашизму, иначе говоря, это "необыкновенный фашизм", о возможности возникновения которого стало модно говорить в последнее время, проводя различные аналогии, делая весьма прозрачные намеки.
И, наконец, — о повести «Хищные вещи века»:
— Моделирование условной Страны Дураков, общества без признаков классов, достигшего необъяснимым образом изобилия материальных благ для всех своих членов — сопутствуемого упадком духовной жизни — тоже без всякой конкретизации причин, может вызвать у неискушенного читателя ошибочное представление, что изобилие материальных благ вообще ведет к упадку духовной жизни.
Массовая идеология, разделяема всеми членами общества, — это особенность и один из главных признаков общества, в котором нет антагонистических классов или нет классов вообще — иначе говоря — это особенность коммунистического общества.
В сущности, опубликование повести "Хищные вещи века" есть беспрецедентный случай в истории советской литературы, когда писатели, взявшись написать книгу об образе жизни "капиталистического" государства, не только не стремятся к анализу социальных сторон, но начисто отказываются от социальных оценок вообще, причем делают это, согласно авторскому замыслу, сознательно преднамеренно.
Кстати, последняя цитата весьма напоминает выступление Михаила ФЕДОРОВИЧА: «Создается впечатление, что "Страна Дураков" — это некое бесклассовое общество. И здесь-то заключен главный, принципиальный просчет авторского замысла». Он же, кстати, подчеркивал, что авторы сами признаются в предисловии, что не ставят «перед собой задачи показать капиталистическое государство с его полюсами богатства и нищеты, с его неизбежной классовой борьбой».
А следующие несколько абзацев записки будто списаны со статьи Владимира НЕМЦОВА:
— В книгах по научной фантастике встречается немало натуралистических картин, смакования всякого рода низостей и непристойностей. Некоторые герои их нарочито упрощены и огрублены. Говорят они на какой-то тарабарщине, в которой смешались арго уголовников с заумью снобов и развязностью стиляг. Вот несколько иллюстраций:
"В конце коридора дона Окана внезапно остановилась, обхватила Румату за шею и с хриплым стоном, долженствующим означать прорвавшуюся страсть, впилась ему в губы".
Напоминаю, как это же сказано у НЕМЦОВА:
— Если согласиться с этой мыслью, то никак нельзя оправдать ни сцены пьяных оргий и сомнительных похождений, которыми уснащают некоторые авторы свои произведения, ни тарабарский жаргон, на котором объясняются герои этих произведений.
В той же повести Стругацких "Трудно быть богом" альковная встреча похотливой доны Оканы с Руматой описана с натуралистическими подробностями, достойными бульварного романа, а некоторые действующие лица объясняются на таком фантастическом жаргоне:
— Выстребаны обстряхнутся и дутой чернушенькой объятно хлюпнут по маргазам... Марко было бы тукнуть по пестрякам.
Да, современном стилягам впору переучиваться.
Когда в № 7 журнала «Знание – сила» за 1993 год была впервые обнародована эта записка отдела отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС, ее предварила статья Всеволода РЕВИЧА «Дела давно минувших дней. Фантасты под надзором ЦК КПСС»:
— Когда я прочел докладную записку отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС от 5 марта 1966 года, у меня возникло смутное ощущение, что я это где-то уже читал. Но как же я мог читать то, что четверть века пролежало в сейфе? Пришлось вспомнить, где. Как раз в ту пору в прессе была развернута мощна кампания против "философской фантастики". (Под этим эвфемизмом, где главная нагрузка ложится на иронические кавычки, подразумевалось исключительно творчество СТРУГАЦКИХ). Писатель НЕМЦОВ и обществовед ФРАНЦЕВ в "Известиях", САПАРИН в "Коммунисте", КОТЛЯР в "Октябре", несколько позже СВИНИННИКОВ и КРАСНОБРЫЖИЙ в "Журналисте", не помню уж кто в "Молодой гвардии" — тот же стиль, та же аргументация, одни и те же примеры... Каким образом возник параллелизм писательских раздумий и докладных записок отдела пропаганды, можно только догадываться. Хотя догадаться нетрудно.
Еще один любопытный отрывок из записки отдела пропаганды:
— При издательстве "Молодая гвардия" сложилась группа молодых писателей и критиков, которые напрочь отбрасывают все, что было сделано, советскими фантастами прежде, стоят в фарватере современной западной фантастики... А все они вместе взятые взахлеб расхваливают Айзека АЗИМОВА, Рея БРЭДБЕРИ, Станислава ЛЕМА, монолитно и беспощадно выступают против советских писателей старшего поколения А. КАЗАНЦЕВА, В. НЕМЦОВА и других.
Ещё один авторский сборник В. Новикова из моей библиотеки называется "Путешествие "Геоса" (1964). Он полностью — фантастический. Содержание книги в выходных данных названо повестью, но на самом деле в сборник входит несколько не очень прочно связанных друг с другом произведений малой и средней формы.
Валентин Новиков. Путешествие "Геоса". Алма-Ата: Казахское государственное издательство художественной литературы, 1964 г. Тираж: 110000 экз. Оформление художника Н. Самборского.
Далее в материале:
О повестях Валентина Новикова "Острова прошедшего времени" и "Путешествие "Геоса".
С детьми на борту в прошлое — наобум.
На какой энергии работал корабль времени дяди Альберта?
В моей библиотеке есть пара книжек писателя Валентина Новикова, известного своими произведениями для детей и парой фантастических повестей. Не скажу, что его вещи произвели на меня какое-то исключительное впечатление, но автор был не из рядовых.
Валентин Новиков. Ущелье белых духов. — М.: Московский рабочий. Рязанское отделение, 1988 г. Серия: Мальчишкам и девчонкам. Тираж: 50000 экз.
В сборник "Ущелье белых духов" вошли три повести Новикова, все они уже печатались ранее. Заглавная впервые была опубликована в 1967 году, а значит, она входит в массив произведений шестидесятых лет, который меня особенно интересует. Я уже не однажды признавался в любви к фантастике шестидесятых... Следует отметить, что именно повесть "Ущелье белых духов" формально фантастикой не являясь, отличается особой аурой невероятного, предвкушением чего-то необычного, смелым движением к загадочному. Неспроста она была несколько раз переиздана...
Далее в материале:
Предисловие к переизданию повестей Валентина Новикова в 1988 г. написал Кир Булычев.
Малоизвестное фото автора.
Подробно о повестях В. Новикова "Ущелье белых духов" и "Четвёртое измерение".
Почему Новиков кардинально изменил финал своей повести "Четвёртое измерение".
Напомню, что 18 января 1966 года в «Известиях» появилась статья Владимира НЕМЦОВА «Для кого пишут фантасты?». Сегодня некоторые наивные (или притворяющиеся таковыми) блогеры утверждают, что писатель просто высказался о тех произведениях, которые ему нравятся и о тех, которые ему не нравятся: почему бы и нет. Чисто-де литературные претензии. В предыдущей публикации я достаточно подробно показал, что это была не просто статья, а откровенная попытка затянуть СТРУГАЦКИХ в водоворот вокруг арестованных и ожидающих на тот момент суда писателей Андрея СИНЯВСКОГО и Юрия ДАНИЭЛЯ. К тому же, это была еще и артподготовка к некоему готовящемуся событию, о котором я расскажу в следующей публикации. Все эти подводные течения прекрасно понял писатель Иван ЕФРЕМОВ, который жестко откликнулся на выступление Владимира НЕМЦОВА статьей «Миллиарды граней будущего» 28 января 1966 года в «Комсомольской правде» (почему ему не дали это сделать непосредственно в «Известиях», я объяснил ранее).
Иван Антонович прямо заявил, что НЕМЦОВ оценивает не литературное качество произведений СТРУГАЦКИХ, а обвиняет их в идеологических отклонениях от линии партии. Целиком статью Ивана ЕФРЕМОВА можно прочитать у Юрия ЗУБАКИНА на «fandom.ru», а я здесь приведу прямые цитаты:
— В. НЕМЦОВ же бросает Стругацким обвинение в неверной идеологической направленности их последних (лучших!) произведений, объявляя, что они пошли назад от своих ранних вещей.
— В самом деле, как же случилось, что лучшие достижения фантастики — повести "Далекая Радуга" и "Трудно быть богом", — объявляются вместе с "Хищными вещами века" идейными ошибками? Я не имею возможности здесь разобрать нелепейшие обвинения, невесть зачем неуклюже сколоченные В. НЕМЦОВЫМ.
— А если "хищные" вещи, чью власть над душами мещан с ненавистью описали СТРУГАЦКИЕ, показались, как явствует из статьи, столь привлекательными В. НЕМЦОВУ, то вряд ли это обязательно для всех читателей. Дело вкуса! Ведь и сцена доны Оканы с Руматой в повести "Трудно быть богом" видится В. НЕМЦОВУ как альковно-эротическая. А по-моему, она служит только полному отвращению от всякой сексуальности, если даже у читателя и было намерение позабавиться эротикой!
Так, с помощью незамысловатых искажений В. НЕМЦОВ расправляется с братьями СТРУГАЦКИМИ — серьезными писателями, уже заслужившими признание читателей в нашей стране и за рубежом.
— Мне думается, что смысл безаппеляционных выводов статьи В. НЕМЦОВА заключается в том, что ему вздумалось критиковать современную фантастику с позиции своих давно скомпрометировавших себя взглядов, основанных на вкусовщине и непонимании сложности современных процессов общественного развития.